История

Долина реки Абин благодаря своему прекрасному географическому расположению и мягкому климату, обусловленному близостью к Черноморскому побережью, была заселена с давних времен. Здесь обнаружены многочисленные археологические находки – свидетельства производственной и культурной деятельности людей каменного века – охотников и собирателей.

Археологические памятники времен появления первых земледельцев и скотоводов, к сожалению, на территории Абинского района пока не выявлены. Однако и сейчас здесь еще сохранилось немало дольменов – древних захоронений, современников египетских пирамид, возраст которых насчитывает до 4,5 тысячи лет. Слово «дольмен» переводится с бретонского как каменный стол. Это сооружение из пяти больших каменных плит, весом в несколько тонн, а некоторые до 10 тонн. Четыре плиты составляют стены, пятая лежит покато наверху, являясь крышей дольмена. В передней стене имеется небольшое круглое отверстие, закрываемое каменной пробкой. Издалека дольмены похожи на домики, и отсюда народное название «богатырские хатки». Адыгейское название дольменов «испун» (спыун), что значит «дом карликов». До сих пор у горцев сохранились легенды о дольменах. Согласно одной из них эти своеобразные монументы были построены «гигантами» с целью укрывать от непогоды малорослое племя людей, у которых не хватало сил для того, чтобы построить себе жилище; для верховой езды эти люди-карлики использовали зайцев. Дольмены встречаются в очень большом количестве по северному склону Кавказского хребта и Черноморскому побережью.

Из числа древних писателей по личному знакомству с Прикубаньем и по богатству сведений о нем заслуживают внимание Арриан и Страбон. В эпоху Бронзового века племена, населявшие Северо-Западный Кавказ и строившие дольмены, как и их соседи, не имели письменности, и мы лишены возможности познакомиться с их жизнью из первых рук. Однако ни греческие, ни римские писатели ничего не говорят о захоронениях среди народов Северо-Западного Кавказа в каменных домах. А жизнь адыго-меотских племен, особенно культурных синдов, они знали хорошо.

В эпоху раннего железного века (3 тыс. IV век) древние обитатели этого края известны под обобщающим названием «меоты», так в то время называли все племена, населяющие побережье Азовского моря (меотиды) и бассейн нижнего течения реки Кубани.

Впервые имя меотов встречается у древних авторов VI века до новой эры, но как показали археологические исследования, меотская культура складывается в Прикубанье значительно раньше – в VIII – первой половине VII века до новой эры и своими корнями уходит еще в эпоху бронзы. Древнегреческий географ Страбон, живший на рубеже нашей эры, писал, что «к числу меотов принадлежат сами синды, затем дандарии, тореаты, обидиакены, досхи и многие другие».

В V и IV веках до новой эры этот край большей частью культурно и этнически переродился в связи с эллинизацией побережья и особенно вследствие массовых миграций населения прилегающих равнин, к чему их вынудило нашествие скифов и их борьба скиммерийцами. Это время бурной смены народностей, падение киммерийской гегемонии в Причерноморье. Новые хозяева принесли с собой обряды и обычаи курганных погребений.

В середине IV века до новой эры Синдика была присоединена к Боспорскому царству, ею стали управлять наместники Боспора. Восточная граница Боспорского царства проходила где-то по реке Ахтырь или Зыбзе, по другим сведениям – по реке Адагум.

В эпоху «великого переселения народов» (IV век новой эры) в Причерноморье «ворвались рои гуннов, которые, летая туда и сюда на быстрых конях, все наполнили резней и ужасом» (Евсей Иероним «Письмо 77»).

В ходе этих крупнейших передвижений народов степные кочевники достигли даже берегов Атлантики. Вслед за гуннами в степи Предкавказья пришли болгары, затем авары, печенеги, угры, половцы.

Для Северного Кавказа вслед за нашествием гуннов наступила пора владычества Тюркского каганата, степь выдвинула болгарскую орду, возник Хазарский каганат, центр которого вначале находился на Кавказе. Перипетии ирано-византийских и арабо-хазарских войн еще активнее вовлекали народы Северного Кавказа в бурный круговорот политической жизни середины I тысячелетия новой эры.

Эпоха раннего средневековья на Северном Кавказе – это время кипучей военно-политической жизни. Перемещения больших масс ирано-язычных и тюркских племен из Северного Причерноморья, степей Средней и Центральной Азии привели к сложению тех народов Северного Кавказа, которых мы знаем сегодня.

В 60-х годах X века киевский князь Святослав подчинил местные племена на Северном Кавказе и Прикубанье и основал Тмутараканское княжество. Центром стал город Тмутаракань. Через него Русь оказывала политическое, экономическое и культурное влияние на касогов – жителей этих мест. На Северном Кавказе стало распространяться христианство. Об этом говорят остатки церквей на Таманском полуострове и каменные надгробные плиты
с христианскими надписями. Три такие плиты были обнаружены южнее станицы Шапсугской в 1988 году. В настоящее время они находятся в Краснодаре в музее. Несколько позже в том же могильнике обнаружены еще семь плит с крестами.

В XIII – XV веках связи Черкессии с Россией ослабли из-за татаро-монгольских завоеваний, Тмутаракань перестала быть русским владением.

В это время вглубь Кавказа начинают проникать генуэзцы, которые не ограничились прибрежным районом Черкессии. Жажда наживы манила их вглубь страны.

По свидетельству современников, следы генуэзской дороги существовали в Кубанской области еще в начале 60-х годов XIX века. Дорога эта начиналась от Анапы, направлялась к станицам Холмской, Саратовской и дальше к Теберде.

По другим свидетельствам, генуэзцы посылали свои товары из Феодосии в Анапу, Чуджук-Кале (район Новороссийска) и Геленджик. От этих пунктов шли пути на Кубань и дальше до Каспийского моря. Это был путь, соединяющий генуэзские торговые пункты с северной частью Туркестана, Ираном и Китаем. В XIX веке еще достаточно сохранилась высеченная в скалах дорога, которая вела от Мезиба (Мезыбь – левый приток реки Адерба) через горы
до реки Абин, оставались следы дороги в лесу Адерби и остатки форта на вершине высокой горы у Шанзогура. «Существуют еще земляные валы и рвы, а также ветхий колодец, который был, вероятно, очень глубокий и мог быть сделан только европейскими рабочими» (Очерки по истории генуэзских колоний на Западном Кавказе в XIII – XV вв. Е. С. Зевакин, Н. А. Пенчко. М., 1938).

Приведенные материалы позволяют предположить, что остатки оборонительных сооружений (очень похожие на описанные) на вершинах Свинцовая, Острая, Шизе могли принадлежать генуэзцам. Но точными сведениями поэтому вопросу, к сожалению, современная историческая наука не располагает.

В XVI в. во время правления царя Ивана IV между Московским государством и черкесами установились прочные взаимоотношения. В эти годы народы Северного Кавказа, адыги в особенности, систематически подвергались нападению со стороны Османской империи и Крымского ханства.

В июле 1696 года русские войска в первый раз взяли крепость Азов. Это был крупный военный и политический успех Петра I, который подготовил условия для вытеснения Оттоманской Порты с Северного Кавказа.

С 1736 по 1739 год Россия вела первую войну с Турцией. Русские войска одержали ряд крупных побед, однако война не решила всех поставленных русским правительством задач полностью.

В сентябре 1768 года под давлением Франции Османская империя вступила в новую войну с Россией, которая закончилась полным поражением турок на суше и на море. 10 июля был подписан Кучук-Кайнаржийский мирный договор.

В конце 1777 года на Северный Кавказ прибыл А. В. Суворов. В короткий срок была построена пограничная линия от Ставрополья до Азова, западная часть этой линии прошла по реке Кубани.

В августе 1787 года, опираясь на поддержку Англии и Франции, Османская империя объявила новую войну России. Несмотря на блестящие победы русских войск условия договора 1791 года не соответствовали успехам русского оружия. Царское правительство решило заселить казаками
Правобережную Кубань. По грамоте Екатерины II от 30 июня 1792 года Черноморскому казачьему войску в вечное владение передавались земли на Тамани и ее окрестностях.

Черноморцы были поселены на Кубани как военная боевая сила, им были поручены «бдение и стража пограничная от набегов народов Закубанья». Не успев осесть как следует в новом крае, укрепиться на границе, испытывая недостаток сил и средств, казаки стали сразу же подвергаться нападению горцев.

«XIX век на Кубани начался организованной борьбой между казаками и черкесами. Черкесы стали собираться в скопища и нападать на укрепления казаков и населенные места. Началась русско-черкесская война, длившаяся 65 лет с 1800 по 1864 год включительно, когда был покорен Западный Кавказ» (Ф. А. Щербина, «История Кубанского казачьего войска»).

Война вплотную приблизилась, а затем и пришла в абинские  предгорья и долину реки Абин.

Имеется несколько версий, объясняющих название реки Абин. Одна из них имеет в основе название города Абун, указанного в этом месте на одной древней карте. Предполагается, что это был главный город абунов – одного из многочисленных меотских племен, также как Синдика, Синдон (Анапа) – столица синдов или Торик (Геленджик) – столица торетов. По названию племени получила имя и река Абун, со временем это слово трансформировалось
в Абин. По другой версии, слово «Абин» происходит от широко применяемого в иранском языке корня «аб» – вода, река. Как бы там ни было, когда в августе 1834 года в эти места пришел отряд генерала Вельяминова, река носила название Абин, и на северной окраине нынешнего города Абинска располагался черкесский аул Абин (территория кирпичного завода). В ауле было более 20 дворов – это много по меркам того времени. Улиц не было,
проезды узкие и кривые, дома и дворы ориентированы беспорядочно, в разных направлениях, переулки соединялись перелазами.

В 1834 году на реке Абин на землях черкесов были построены два укрепления – Николаевское (в станице Шапсугскои до сих пор сохранились остатки этого укрепления между кладбищем и магазином, можно и сейчас видеть валы и рвы) и Абинское.

После окончания строительства Абинского укрепления экспедиция под командованием генерала Вельяминова двинулась дальше на Геленджик, прокладывая дорогу к морю через хребет Маркотх.

Так прошло несколько лет, когда осады, набеги, вылазки чередовались с мирными встречами, торговлей. Из дошедших до нас документов видно, что особенно опасными были вылазки черкесов 26 мая 1840 года, 23 мая 1844 года и в декабре 1851 года.

В 1854 году в связи с началом Крымской войны все укрепления в Закубанье были оставлены русскими добровольно, так как на их удержание не хватало сил. Гарнизоны были выведены, а сами укрепления приведены в негодность.

После окончания Крымской войны началось вытеснение черкесов из Закубанья и заселение территории русскими – казаками и крестьянами. Летом 1863 года между реками Абин, Иль, Кубань в предгорьях Кавказа было построено 8 станиц, в которых разместился Абинский конный полк. В их числе были: Абинская, Шапсугская, Эриванская, Мингрельская, Для прикрытия новых станиц от нападения горцев были устроены две кордонные линии – Абинская и Холмская.

Мирная жизнь закубанских станиц продолжалась до 1917 года. В годы Гражданской войны после поражения Северо-Кавказской армии Кубань захватили деникинцы. В абинских лесах был организован партизанский отряд «Гром и молния», которым командовал известный на Кубани большевик Василий Пресняков.
В начале 1919 года отряд насчитывал 15 бойцов, а к концу года в нем было уже около тысячи партизан. Отряд был составной частью огромной партизанской армии на Кубани.

В 1920 году в Абинской была установлена Советская власть.  Коллективизация, расказачивание, голод, репрессии не обошли стороной и Абинское предгорье. Немало казаков и казачьих семей были выселены и прошли все круги этого ада.

В годы Великой Отечественной войны с августа 1942 до конца марта 1943 года здесь проходила передовая линия обороны. Особенно жестокие бои шли в сентябре 1942 года, когда фашисты сделали попытку прорваться через горы к морю, в тыл Новороссийской группировке наших войск.

Части 9-й, 73-й немецких пехотных дивизий и 3-й румынской горнострелковой дивизии начали наступление из района станицы Абинской и хутора Первогреческого. Они заняли все горные вершины севернее станицы Шапсугской и вышли к ее северной окраине.

В район станиц Шапсугской и Эриванской были подтянуты подразделения 216-й стрелковой дивизии, 255-й бригады морской пехоты и 83-й морской стрелковой бригады. В результате ожесточенных боев, продолжавшихся с 19 по 26 сентября 1942 года, румынские горные стрелки, зажатые в кольцо, потеряли убитыми, ранеными и попавшими в плен около 8 тысяч солдат и офицеров, 25 орудий, 7 танков, 75 минометов, 50 автомашин, т. е. половину состава дивизии, и были выведены с линии фронта в тыл на переформирование.

В этих боях особенно отличилась рота Миловатского из 322-го батальона 255-й бригады морской пехоты. Отразив наступление румынских горных стрелков на станицу Шапсугскую, моряки прорвались к окраине Абинской и заняли вершину 42,7, затем отошли к высоте 106 (Лысая) и почти месяц держали оборону, нависнув над коммуникациями противника. На этом участке фашисты понесли особенно большие потери. Сам Миловатский
уничтожил более 100 гитлеровцев, и ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Бои в районе станицы Абинской подробно описаны в мемуарах А. А. Гречко «Битва за Кавказ», М. X. Калашника «Испытание огнем», а также в книге В. Г. Миловатского «Так это было». Бои за освобождение Абинской нашли отражение также в книгах генерала К. И. Провалова «В огне передовых линий» и
Г. Ф. Кондратенко «Штурмовали горы танкисты».

Станица Абинская была освобождена от фашистов 23 марта 1943 года. Бои за ее освобождение длились больше месяца и носили ожесточенный характер.

В горах до сих пор сохранились остатки блиндажей, окопов, воронки от взрывов бомб и снарядов. Установлены обелиски на местах базирования партизанских отрядов «За Родину» Крымского района, новороссийских отрядов «Ястребок» в селе Ахонка, «За Родину», «Новый», «Норд-Ост», «Гроза» у подножья Мухиной горы; абинских «Вихрь», «Буря», «Тихий» в долинах рек Абин и Ахтырь, в верховьях реки Убин – «Мститель».

Славянский партизанский отряд базировался в долине реки Адельби, его блиндажи и окопы сохранились, пожалуй, лучше других.

На вершине Славы 500 м установлен высокий обелиск в честь воинов 81-й морской стрелковой бригады, державших здесь оборону. Рядом красивый памятник на могиле погибших моряков.

У подножья Липовой горы обелиск на могиле летчиков, погибших в 1943 году.

В Калениковой щели обелиск на могиле воинов, умерших в полевом госпитале 47-й армии.

За белой скалой, у брода через реку Абин – памятник на рубеже обороны в 1942 – 43. гг.

На Смерть-поляне обелиск на месте гибели бойцов 1127-ого полка 337-й дивизии. В лесу много обелисков и памятников на могилах погибших бойцов. Могила старшего сержанта Кривобокова, обелиск на месте гибели моряков-разведчиков под вершиной Еременкова 636 м; могила партизан отряда «Вихрь» в Царевой щели, немало и безымянных могил.

В честь 50-летия заселения установлены обелиски в станице Шапсугской, Эриванской, в г. Абинске.

Событиям времен Гражданской войны посвящен памятник у  горы Шахан на хребте Коцехур.